Финансовые эксперты обсудили быть или не быть курсу гривны стабильным

Финансовые эксперты обсудили быть или не быть курсу гривны стабильным
17.12.2014 17:39
КатегорияФинансыБанкиБизнес

Сегодня FinMaidan провел круглый стол на тему «Курсовая стабильность - реальность или иллюзия».

В рамках круглого стола финансовые эксперты и банкиры обсудили курсовую политику Украины.

Блок 1. Плавающий курс

• По какому курсу мы живем?
• Существует ли в других странах множественность курсов?
• Почему сложилась такая ситуация?
• Насколько повлияло на ситуацию падение экспортной выручки?
• Как сейчас ведут себя экспортеры и импортеры?

Блок 2. Реакция бизнеса на девальвацию

• Привела ли девальвация к стабилизации экономики?
• Можно ли ввести ответственность за заведомо искаженные прогнозы?
• К чему привели последние решения НБУ?

Блок 3. Стабилизация курса. Инструменты

• Способен ли сейчас НБУ стабилизировать курс?
• Какие инструменты планирует внедрить НБУ?
• Необходимость открытости регулятора: опыт ЦБ других стран.

«Курсовая стабильность – реальность или иллюзия»

Руслан Черный: Добрый день всем! Сегодня мы организовали круглый стол вместе с «Реанимационным пакетом реформ», где обсудим тему «Курсовая стабильность – реальность или иллюзия». Ситуация, которая сейчас сложилась в Украине, это наличие нестабильного курса и непонятной разбалансированной системы. Непонятно, какой курс будет завтра, эта тема волнует всех, она очень важна, поэтому мы ее и выбрали.

В последнее время наблюдается очень большое количество критики в сторону действий Национального банка, они местами непонятны банковскому сообществу, экспертам. Сегодня мы позвали главу НБУ – Валерию Гонтареву, потому что есть вопросы, мифы, существующие в обществе, которые волнуют людей. Хотелось бы знать, что происходит на самом деле, и почему Национальный банк проводит такие действия.

Мы знаем, что сейчас идет война, и поэтому на политику НБУ накладываются большие риски, связанные как раз с военными действиями и большой паникой населения. Сегодня мы хотим понять, какие проблемы на самом деле возникают вокруг этого, надо развенчать какие-то мифы – это цель нашего круглого стола.

Сегодня у нас Валерия Гонтарева – глава Национального банка, председатель правления Укргазбанка Сергей Мамедов. У нас также профессор практики финансов Школы менеджмента MIT Sloan Андрей Кириленко, экс-заместитель главы Национального банка Сергей Яременко, сейчас он советник президента Киевской школы экономики (KSE), и Илья Несходовский, эксперт «Реанимационного пакета реформ».

Я бы хотел сказать пару слов о том, что вы все знаете, о том, как все критикуют главу Национального банка. Сейчас мне рассказали, что сегодня ночью на дом Валерии Гонтаревой было осуществлено нападение.

Валерия Гонтарева: Действительно, когда мы вместе с президентом обсуждали, какие реформы необходимы в стране, я пришла на этот пост, понимая какое может быть противостояние реформам. Я понимала, что то, что мы задумали, влечет за собой кардинальные изменения процессов в Нацбанке и тот прессинг, который на сегодняшний день мы имеем со всех сторон. А вы понимаете, что мы его имеем, потому что мы, что называется, наступили на хвост банкам, которые занимаются незаконными операциями отмывки денег, олигархическим кланам, которые больше не могут получать ресурсы в НБУ, не имея адекватных залогов и капитализированных банков.

Это те банки, которые просто оказались неплатежеспособными, и те акционеры, которые так никогда и не открыли реальных собственников банков. Как вы понимаете, это прессинг, который происходит с этой стороны, плюс даже внутри Национального банка. В связи с тем, что мы готовим очень большие изменения процессов внутри НБУ, мы тоже иногда видим, что реформы поддерживаются не так, как мы хотели. Но мы не могли себе представить, что это будет такой поток негатива и совершенно безосновательных обвинений.

И что произошло сегодня ночью? Мой дом, в котором я живу 14 лет, в 5 утра атаковали 15 человек. Они атаковали его сегодня только тремя большими лотками яиц и пакетами с краской. Но на самом деле для меня, человека, который не просто пришел в государственные органы меньше четырех месяцев назад, а который пришел делать в этой стране настоящие реформы, это действительно очень неприятное событие.

Руслан Черный: Прессинг, который переживает глава НБУ, действительно сильный. Сейчас 20 банков, которые занимались отмывом денег, а предыдущее руководство НБУ закрывало на это глаза, выводятся с рынка. И НБУ получает огромнейший прессинг со стороны акционеров банков. А вы знаете, что часть акционеров банков имеют депутатские мандаты. Я бы хотел задать вопрос по поводу той ситуации, которая сложилась с гривной, Сергею Яременко. По какому курсу мы сейчас живем? В какой ситуации находимся?

Сергей Яременко: Тот процесс, который сегодня происходит в курсовой политике Национального банка, привел к такому положению, которое, по сути, вынуждает нас откатиться. Это мое твердое убеждение, по-другому оно не будет звучать, хотя, наверное, здесь развернется дискуссия. Центральному банку необходимо откатиться немного назад с тех позиций, которые были где-то до февраля и даже на сегодняшний день, чтобы постепенно формировать тот рынок или те отношения в банковском сегменте по покупке/продаже валюты, которые будут складываться на других принципах и должны формироваться в это время. Поэтому еще предстоят более жесткие действия, чем те, что внедрены сегодня. Вот такие события совсем не способствуют тому, чтобы их проводить.

Идя на конференцию, я смотрел, что говорено-переговорено по поводу курса, но в это время нет никаких изменений в части его стабилизации. Поэтому опять заставляют говорить на те же темы. Но, наверное, надо это дело сделать уже в каком-то конструктивном русле. И поэтому те вещи, которые были на предыдущих круглых столах, они были не для того, чтобы критиковать, а для того, чтобы призвать НБУ к тому, чтобы определиться с тем, что происходит на валютном рынке.

Я, как и всегда, стою на твердом убеждении, что та политика, которую выбрал центральный банк, она не имеет ничего общего с экономическим ростом и стабилизацией валютного курса. Потому что, еще раз напоминаю, в меморандуме записано постепенноме продвижение по пути к инфляционному таргетированию и плавающий курс.

Но поскольку меморандум подписан уже в сентябре, а именно этот лаг между февралем и сентябрем и явился основой для раскачивания лодки. Но в принципе и политики, и экономисты, и те, кого я называю псевдоэксперты, которые еще зимой с уверенностью говорили о том, что будет введен плавающий курс. Поэтому оно как бы было внедрено в сознание, что, во-первых, должна произойти девальвация.

На эту тему у нас есть вопрос, является ли девальвация ключом к развязке тех проблем, которые накопились в экономике. Это псевдоштамп, который внедрялся, мол, только девальвация спасет нас и наведет порядок или уберет структурные проблемы, которые накопились в экономике и на валютном рынке. Это неверный тезис, потому что девальвация никогда не приводила к стабилизации экономической жизни, тем более в таких масштабах, которые произошли – это будет разбалансировка всех сегментов экономики.

Во-вторых, инфляционное таргетирование, опять же по штампу, ассоциируется или применяется в таких странах как наша. Это денежный кол – увеличение процентных ставок и отсутствие или низкая ликвидность банковской системы. Это приводит к стагнации экономики, недоступности кредитов и, как следствие, к затуханию экономики и плохой работе предприятий, уменьшению поступлений в экономику валюты. Затем поиск нового масштаба цен, но это возможно только в том случае, когда намечено хотя бы какое-то новое значение валютного курса. Но поскольку у нас объявлен курс плавающим, поэтому никто не видит и никто не объявлял, когда он должен остановиться. И та вакханалия на рынке закончилась тем, что центральный банк просто объявлял цифры, на которых, ему казалось, можно было остановиться. Но рынок или процесс не был остановлен, потому что мы не дали итог или вывод, что плавающий курс невозможен в силу устройства межбанковского валютного рынка в Украине, поэтому он неприемлем для такой экономики как у нас, тем более в кризисное время.

Если этого не признать, то мы остаемся на теоретических посылах, что у нас плавающий курс и не применяются механизмы, необходимые для регулирования фиксируемого курса. Таким образом, нет ясности, и поэтому вся экономика пребывает в таком состоянии.

Кроме того, мы абсолютно не уделяем внимания огромному недостатку нашего декрета о валютном регулировании. Это должно вызвать еще непопулярные меры. Имеется в виду свободная покупка населением валюты по декрету. Это может поставить все население в валютную позицию по отношению к Национальному банку, что и происходит. То есть население избавляется от гривны, переходит в иностранную валюту. Этого не должно быть, это надо искоренить.

Руслан Черный: Спасибо. Валерия Алексеевна, эксперты регулярно критикуют политику НБУ, считают, что она неправильная. Если вопрос декрета не ваш, а парламента, который уже 6 лет не способен ничего изменить и принять новый закон, что вы скажете в ответ на критику и почему сейчас сложилась такая ситуация?

Валерия Гонтарева: Сегодня я бы очень хотела, видя, что со мной за круглым столом сидят люди мирового уровня, я бы очень хотела, чтобы мы нашу дискуссию перевели в намного более профессиональное обсуждение. Потому что, зная Сергея Александровича с 1998 года, дискуссия, которую я с ним вела, когда он был заместителем главы НБУ, была всегда одна: я говорила, что курс должен быть рыночным, он говорил, что фиксированным.

Я хотела бы обратиться ко всем вам. Надо перестать видеть Национальный банк как курсообразующий инструмент. Национальный банк – это организация, которая отвечает за ценовую стабильность. Вы должны понять, что если наша экономика по каким-то причинам перестанет работать, то, что бы вы ни хотели от НБУ, он не справится с задачей стабилизации всей страны только путем или эмиссии, или сжимания гривневой массы. Потому что НБУ – это как раз регулятор банковской системы. Заметьте, регулятор. Он не экспортер-импортер, он не делает стране платежный баланс. Поэтому, когда мы с вами сейчас начнем об этом говорить и обсуждать, прошу подняться на более высокий профессиональный уровень.

Национальный банк на сегодняшний день и ввел такие ограничения, которые никому не нравятся, потому что административные меры введены с исключительным желанием стабилизировать ситуацию на валютном рынке, не потому что это хорошо или плохо, а потому что это путь к стабилизации, что НБУ и делает, и зачем он это делает.

Вы знаете, как у нас в стране происходило курсообразование. Например, могу рассказать, что за последние два года предыдущее руководство Национального банка в течение 2011-2013 года потратило по поддержание стабильного курса в размере 8 гривен 22 миллиарда долларов валютных резервов, из которых 4 миллиарда было потрачено только за январь и февраль этого года. Этим самым были созданы дисбалансы, которые возникли в экономике. Поэтому о том, что должен быть рыночный курс, а не фиксированный, ни у кого не может быть сомнений.

Прошла та девальвация, которую вы видели, и как я уже неоднократно докладывала, выступая в парламенте, в июле месяце на уровне 11,7 грн/$ платежный, торговый баланс, и счет текущих операций уже были сбалансированными. Если бы ситуация в экономике была более-менее стабильная, то мы совершенно четко понимали бы, что курс 11,7 грн/$ уже был индикатором, куда вышел курс в поисках паритета, компенсируя все те дисбалансы, которые были созданы.

Давайте вернемся к курсу 8 грн/$ и посмотрим, что же он дал нашей экономике в плане ее роста. После того, как экономика в 2009 году упала на 15%, на начало этого года, со всей ответственностью вам заявляю, реальный ВВП нашей страны до сих пор не достиг уровня, который был в 2008 году. То есть глобально страна находилась в рецессии все эти 6 лет.

Вы, наверное, знаете, как стала разворачиваться ситуация и какие прогнозы по ВВП этого года мы имеем. На сегодняшний день прогноз Национального банка по росту ВВП минус 8,3%. Консенсус большинства мировых экспертов говорит о том, что это может быть падение от 9 до 10%. Пересмотр программы МВФ ожидается только в конце октября, поэтому там еще прогноз минус 6,5%, который мы совместно с ними делали еще в июле.

Поэтому, скорее всего, этот прогноз тоже будет пересмотрен. Поэтому говорить о том, что стабильный курс, на который было потрачено большое количество валютных резервов, когда наши валютные резервы опустились до уровня, который даже не покрывает двухмесячный импорт, говорить, что это привело нас к росту экономики, невозможно.

Хочу поправить Сергея Александровича в том, что меморандум о гибком курсе и инфляционном таргетировании Украина подписал в апреле, когда подписала программу stand-by. Поэтому, когда я присоединилась к команде Нацбанка в июне, было совершенно очевидно, что программа уже действовала. Могу вам сказать, что действительно гибкость курса и инфляционное таргетирование – необходимые рыночные инструменты, которые мы обязательно будем использовать, потому что другого выхода нет. Но мы все должны понимать, что инфляционное таргетирование должно привести нас к низким процентным ставкам и контролируемой инфляции. Именно за это НБУ и отвечает.

Потому что если на сегодняшний день сказать, что Национальный банк будет отвечать исключительно за кросс-курсы локальной валюты ко всем мировым валютам мира, то это совершеннейший нонсенс. Могу вам сказать, что если мы посмотрим на российский рубль, то в течение года он потерял больше 30%. На сегодняшний день рубль практически 40 рублей за доллар. И, как вы понимаете, в России активные военные действия не происходят. Это исключительно санкции, замедление роста ВВП и выход инвестиций.

Если мы посмотрим на евро, то с $1,4 он буквально за месяц дошел до уровня $1,25 и дальше практически все мировое сообщество предполагает, что она будет двигаться дальше и почему? Опять же, военных действий нет. То, что происходит в этих странах, это торговые потери, которые они могут иметь от санкций с Россией. Поэтому я могу сказать одно – это гибкий курс, но я хочу подчеркнуть, что никто не должен путать гибкий курс и панические настроения, и свободные падения. Поэтому, я думаю, в следующем своем вступлении я расскажу, какие административные меры ввел НБУ, и какие интервенции по поддержке валюты мы совершаем. Хочу наше экспертное сообщество ввести в рамки того, что нам надо сделать в экономике, каким образом у нас возник дисбаланс в нашем платежном, торговом балансе, и как его исправить. И пока мы будем исправлять этот дисбаланс, какими мерами мы продержимся до его исправления.

Руслан Черный: Спасибо. Андрей Кириленко, хотелось бы услышать ваше мнение по поводу того, как НБУ сейчас действует, насколько вы знаете ситуацию в других странах. Насколько эти меры внушают доверие?

Андрей Кириленко: Я хотел бы начать с моей личной поддержки Валерии Гонтаревой как человека, который взял на себя такие персональные обязанности, которые теперь связаны с личной безопасностью. Хотелось сказать, что НБУ как один из государственных институтов в настоящее время, наверное, стремительно теряет кредит доверия. Это как-то связано с тем, что после той ситуации, которая сложилась в июле, когда уже платежный и торговый баланс более-менее начали стабилизировать, наступили военные действия, агрессия. И после этого случилась такая ситуация, которая называется «ловушка», когда негативные ожидания в будущем влияют на какие-то фундаментальные процессы и друг друга подстегивают.

Ситуация, когда экономика находится в состоянии валютной «ловушки», в некоторых местах эта «ловушка» показывает себя по-разному. Иногда эта «ловушка» выходит боком на рынке акций, иногда на рынке облигаций. В данном случае финансовая система настолько простая и ужатая, то эта «ловушка» негативных фундаментальных событий и негативных ожиданий проявляет себя непосредственно в валютном курсе.

Вы уже говорили об этом, и из каких-то моих общений здесь сложилось впечатление, что непонятно где наступит дно, а когда непонятно где дно, становится страшно. Когда становится страшно, начинается бултыхание. И в этом случае мировой опыт говорит о том, что из такой «ловушки» каким-то образом нужно кратковременно гасить негативные ожидания, и административные меры часто используются для того, чтобы гасить такие негативные ожидания, чтобы они давали меньше влияния на фундаментальные процессы.

Я не поддерживаю административных мер в принципе. Курс валют должен быть определен на рынке, но когда происходит такая «ловушка», то это экстраординарная ситуация. Это не то, что давайте мы рынку дадим возможность сформировать валютный курс, но этот валютный курс будет состоять не только из каких-то фундаментальных компонентов, но и будет еще состоять на огромную величину из негативных ожиданий, которые потом через валютный курс ударят по всему реальному и финансовому сектору.

В то же время мировой опыт показывает, что из такой «ловушки» нужно выходить не маленьким и не административными шагами, и даже не изменением какого-то механизма формирования валютного курса (то ли это аукционы или технические изменения). Фундаментально это не меняет негативные ожидания. Фундаментально из этого нужно выходить чем-то большим, структурным скачком. Я уже несколько раз говорил, что таким структурным скачком должна быть реформа «Нафтогаза», что-то такое большое, чтобы было понятно, что да – назад пути нет. На валютный курс сейчас в большей степени влияют негативные ожидания, даже не фундаментальные моменты. С этой точки зрения иногда бывает возможно погасить такие ожидания кредитом доверия к НБУ.

Как-то так получается, что этот кредит доверия используется как раз в обратную сторону, он скорее исчезает, чем его можно использовать. Поэтому я очень поддерживаю мероприятие, на котором можно честно обсудить то, что есть, что нужно и рассказать, что в отсутствии кредита доверия, его стремительного снижения, приходится пользоваться каким-то методами. И эти, а также последующие методы этой большой «ловушки», на мой взгляд, совершенно ничего не решат.

Руслан Черный: Спасибо. Я хотел бы дать слово Игорю Шумило, исходя из того, насколько в других странах существует ситуация как в Украине, и какие предпосылки того, что мы сейчас наблюдаем.

Игорь Шумило: Насправді, навіть в назві, особливо в попередній дискусії, яка відбулась, як на мене певна плутанина щодо стабільного курсу, під яким розуміється фіксація і курсова стабільність. Це, як не дивно, дві великі рівниці. Я поясню це на прикладі.

Стабільність цін. Я розумію, що ціни не змінюються. А цінова стабільність означає, що ціни змінюються в невеликому розмірі інфляції. Для розвинених країн це 1-2%, а для країн як наша, які хочуть мати значне економічне зростання, – 3-5%. Але виникають структурні дисбаланси. Насправді, все що треба зробити, це встановити цінову стабільність, стабільність на валютному ринку, стабільність курсу, тобто очікування, що він буде значної великої волатильності. Але треба розуміти, що його волатильнсть, гнучкість буде як в один, так і в інший бік.

Те, що в нас відбувалось починаючи з січня-лютого, назвати політикою гнучкого курсу, політикою плаваючого курсу, це найбільша дискредитація цих понять. Це взагалі політикою не можна назвати. Сьогодні вже звучали слова про недовіру. Ви, пані Гонтарева, самі назвали приклади – втратили 4 мільярдів резервів, те що було започатковано з рефінансування, абсолютна неузгодженість дій на валютному ринку з діями на грошово-кредитному, рефінансування по різним ставкам. Але справа полягає в тому, що люди, які очолювали монетарній блок при ваших попередниках, які абсолютно непрофесійно ведуть свою роботу, вони і далі залишаються, і далі готують вам пропозиції.

Ви самі казали, що не ви відповідаєте за платіжній баланс. Але справа полягає в тому, що рішення, мені цікаво, чи обговорюється взагалі на правлінні, чи є критика тих пропозицій, які даються, і результати, до яких вони можуть призвести. Ви сказали: «Ми вводимо 100% продаж». Але якщо уряд не повертає ПДВ, люди не будуть показувати експорт.

Ви сказали: «Ми будемо переводити всі готівкові перекази». І вони впали на 10%. Це не за рахунок того, що вони насправді впали, а за рахунок того, що люди не хочуть втрачати.

Один з факторів, якій насправді викривлює всю ситуацію, це множинність курсів. У нас є готівковий курс. От я підійшов, зайшов в два банки, спитав, чи є продаж по курсу 12,8-13. В цих двох банках щонайменше цього не було. Множинність курсу на готівковому ринку, множинність курсів на міжбанківському, індикативний курс, курс валют.

Я це кажу не для того, щоб вас звинувачувати, але суспільство чекає відповіді: яким чином ви збираєтесь узгодити ці ринки? Світовий досвід показує, що узгодити один, другий і третій валютні ринки при множинності неможливо. І це є зобов’язання, які ви як голова НБУ підписали. Ми поступово демонтуємо існуючи обмеження та практику паралельних обмінних курсів. Це є в меморандумі, який був в другий версії, яка підписана.

Як ви збираєтесь узгодити свої дії на валютному ринку? Чому ви зберігаєте такі значні, чи достатні ставки, які є: офіційна базова ставка і ставки рефінансування для стабілізації як інфляційних, так і девальваційних очікувань. Чому в даному випадку одним даються кредити по 15% на тендері, другому по 18%, а третьому менше? Все це взаємопов’язано, бо множинність валютних курсів поєднується з множинністю ставок рефінансування. І знову повертаюсь до довіри. Довіри до НБУ і вас, як голови, яка прийшла і хоче реформ. Якщо ви зберігаєте людей, які вже себе дискредитували, то ця недовіра до них, але вона є у всієї банківської спільноти, перекладається і на вас, і на Національний банк.

Валерия Гонтарева: Я как профессионал с 23-летним опытом скажу, что только такие команды как у Арбузова приходили в банк и приводили с собой 70 охранников, 29 собак и готовую команду больших профессионалов. На самом деле вы же понимаете, что любое построение процессов и команд требует времени, потому что этих людей надо найти. Это должны быть профессионалы с рынка. Что на сегодняшний день я смогла сделать как глава НБУ? Во-первых, я смогла на позицию первого зампреда, отвечающего за потенциальный надзор, привлечь одного из лучших банкиров Центральной и Восточной Европы, господина Писарука. Не могу вам сказать, насколько мы за эти три месяца изменили наш потенциальный надзор, все рефинансирование. Я думаю, что и Сергей Мамедов об этом скажет, потому что мы на наших еженедельных встречах с банкирами очень часто объявляем то, что мы сделали. Это совершенно отвечает мировому уровню.

Поэтому, когда я что-то слышу про рефинансирование, которое не выдано, хочу вам доложить: я и команда под моим руководством пришла 19 июня в НБУ, к сожалению, я не могу ответить за предыдущую политику 23-х лет, которая проводил НБУ. Могу вам сказать, что за это время Национальным банком было выдано два стабилизационных кредита на оттоки депозитов в двух системных банка на общую сумму около 2 млрд грн. В каждом из этих банков находится куратор, который смотрит и контролирует, чтобы каждая копейка, полученная от рефинансирования, ушла конкретно на выплату депозитов.

Могу сказать, что на сегодняшний день в системе отток депозитов составил 110 миллиардов гривен, из которых 7 миллиардов долларов и около 50 миллиардов гривен. В июне и июле ситуация была уже более-менее стабильная, к концу августа, к сожалению, отток опять увеличился. Более того, по постановлению №327 ставка рефинансирования, умноженная на коэффициент 1,5, - для стабилизационных кредитов одна ставка для всех.

Какие есть ставки, о которых мы говорили? Это автоматическое финансирование под залог государственных бумаг, которое происходит через еженедельно объявляемые официальные тендеры, на которых Нацбанк выставляет сумму, которую собирается давать, а дальше идет конкуренция процентных ставок. Последний такой тендер был проведен на 90 дней, и ставка достигала 18,78%. Это сложившаяся во время тендера процентная ставка. Ничего более прозрачного нет во всем мире, это я вам гарантирую. Более того, общая сумма, которая поступила через монетарный канал рефинансирования банка за третий квартал этого года, составила минус 1,3 млрд грн. Это говорит о том, что за третий квартал этого года мы не то, что не выдали банку дополнительных денег, мы еще и абсорбировали дополнительно 1,3 млрд грн рефинансирования, выданного раньше.

Поэтому все эти инсинуации совершенно беспочвенны. Потому что когда я слышу, когда кто-то из политиков выходит, достает бумагу, показывает ее в телевизор и рассказывает про то, как НБУ выдал деньги «Семье», под это не то, что нет ни одной цифры, это просто полная дискредитация и инсинуация.

Теперь мы поговорим по поводу множественности курсов. От Игоря Анатолиевича я хотела услышать конкретно, поскольку он хороший макроэкономист, о нашей макроэкономической ситуации в стране, прогнозы по нашему ВВП и платежному балансу. Каждый из нас должен понять, что только наша финансовая, фискальная стабильность, ситуация на рынке промышленности, только она может привести нас к стабильности нашей денежной единицы. Национальный банк может вручную или не вручную только помочь рынку каким-то образом к чему-то адаптироваться. Вы должны понять, НБУ только для того вводит эти ограничения, чтобы на сегодняшний день пережить тот дисбаланс, который у нас возник. Наша экономика – это экономика военного времени. Почему у нас возникло такое понятие как индикативный курс? Этот индикативный курс – это то наше совместное решение, которое на сегодняшний день мы вместе с крупнейшими банками, НБУ, президентом, премьером, импортерами и экспортерами обсудили.

Для каких целей? Как вы понимаете, любые панические настроения вызваны совершенно объективными причинами (идет война, непонятно что будет с этими регионами, нашей промышленностью, банковским сектором). Но возникла субъективная причина закручивания этой панической спирали. И когда население хочет обменять и вынуть из банковской системы все деньги, и при этом поменять их на доллары, именно для этого мы вводим ограничения.

Что мы делаем как Национальный банк?

Кроме того, что мы ввели ограничения на выплату дивидендов, продажу ценных бумаг, через которые выводились очень многие нелегальные бизнесы, мы запретили даже легальные выплаты дивидендов. Покупка населением валюты – это легальная операция, вывод дивидендов – легально. Но сейчас мы специально вводим административные меры для того, чтобы стабилизировать ситуацию.

Почему все банки, экспортеры, импортеры договорились об этом вместе и почему вы говорите, что это индикативный курс? Потому что многие банки занимались спекулятивными операциями, и от этого возникало множественность курсов.

Не могу вам однозначно сказать, что мы в НБУ сможем победить «черный рынок», но мы к этому стремимся. Неделю назад мы создали межведомственную группу: мы позвали всех силовиков, у нас был генеральный прокурор, глава СБУ, глава милиции, финансовый мониторинг, таможня и налоговая, потому что только общими силами вместе с нашими правоохранительными органами мы можем это остановить. Потому что НБУ с закрытием банков, которые занимаются нелегальными операциями вывода и обналичивания денег, не убивает «черный рынок».

Мы говорим о том, что мы не пускаем, контролируя все операции и контракты и закрывая эти «грязные» банки. Этот спрос у них еще никуда не девается, он перетекает на «черный рынок». Поэтому сейчас совместно с правоохранительными органами мы хотим остановить это. Потому что если на аукционе вы отказали конкретному клиенту покупать эту валюту, потому что вы считаете, что это нелегальный контракт, то как вы думаете, куда этот человек обратится?

Обратите внимание, как мы стабилизировали «черный рынок», как только мы стабилизировали наш курс. Одно я могу сказать, что все эти меры мы приняли на 3 месяца, и первая моя мечта – это тот день, когда мы увидим стабилизацию для того, чтобы все эти меры отменять. Нам совершенно не нужны никакие административные меры, если мы хотим двигаться к реальному рыночному курсообразованию.

Совместно с Международным валютным фондом мы все-таки сдвинули введение инфляционного таргетирования с 12-ти до 18-месячного, потому что о любом инфляционном таргетировании мы можем говорить тогда, когда у нас будет финансовая и бюджетная стабильность. К сожалению, на сегодняшний день дефицит бюджета, включая дефицит бюджет НАТ «Нафтогаза», до сих пор очень большой. Из-за этого говорить о том, что сегодня есть какие-то другие методы пополнения этого бюджета, нам не приходится. Поэтому мы будем вводить это, как только стабилизируем ситуацию.

Почему это все у нас происходило в конце августа и в начале сентября? Потому что реальные военные действия уж превратились в реальное разрушение нашей экономики на Донбассе. Только промышленное производство Донбасса на сегодняшний день составляет 15% от ВВП, а в оккупированном регионе – 10%. Вы понимаете, когда у нас стоит Алчевский металлургический завод, то пояс курсообразования при котором он заработает, не является рыночным, потому что он не заработает исключительно не по тому, что ему не хватает преимуществ нашего валютного курса.

Поэтому мы стабилизируем ситуацию, сейчас, в среду, я выезжаю в Вашингтон, где у меня будет встреча с Кристин Лагард, и мы будем говорить как раз об этом. Для того, чтобы нам помочь устранить наши дисбалансы, чтобы мы за полгода смогли восстановить наш промышленный потенциал. Как только мы его восстановим, мы с вами однозначно можем думать не про курс даже 12,95 грн/$, а снова будем думать про курс, как минимум, 11,7 грн, как мы это видим. Но для этого нам надо время, банкиры это хорошо понимают.

Руслан Черный: Спасибо большое! Мы видим в ситуации с курсом две главные составляющие, и одна из них – отсутствие притока валюты в страну. И я хотел бы предложить Илье Несходовскому немного рассказать, что у нас происходит с курсом в течение этого года и как описать ситуацию?

Илья Несходовский: Відносно ситуації що склалася. Я абсолютно підтримую позицію відносно ринкового курсу, він має бути ринковим. Та політика, яка велася до цього, а саме, коли у населення і бізнесу склалось враження про фіксований курс, про те, що курс встановлюється виключно лише у владних кабінетах і його коливання – це результат лише тільки виключно слабкості влади. Так було у 2008 році. Тобто коливання і ріст курсу було сприйнято лише з боку того, що влада є слабкою і вона не може стримувати курс без врахування економічних чинників, які спричинили це зростання.

Сама політика призводила до того, що ця пружина стримування курсу накопичувала негативні явища і яка потім, звичайно, вистрілювала. Так було у 2008 році, так є і зараз. Продаж золотовалютних резервів це підтверджує. Але питання у тому що при переході на ринковий курс це треба було робити не так різко, як це зараз відбувалося, а потрібно було і бізнесу, і населенню роз’яснювати чому відбуваються ті чи інші коливання, і до чого ми йдемо. Саме того, що ця пружина розпрямилася і різко рвонула вгору цей курс, саме зараз є недовіра, і саме тому, як не один раз було сказано, панічні настрої суттєво переважають.

Відносно ситуації з економікою в Украйні. Хочу сказати, що за останніми даними в серпні у нас практично вирівнявся платіжний баланс. Можливо у вересні ситуація зміниться, тому що активні військові дії припали саме на вересень, результатів на даний момент поки що нема, але ситуація на серпень була певнім чином вирівняна. У нас відбулось падіння в окремих галузях. Наприклад, якщо брати експортну і імпортну складову, то по експортній складовій у нас відбулося зростання по зерновим на 10,9%, я хочу сказати, у нас дуже добрий врожай. Питома вага цього 12,7% у загальній структурі експорту. Це звичайно позитивно впливає і вирівнює ті негативні явища, які існують зараз в економіці. Також прослідковується зростання по жирам, олії, зростання по мінеральним продуктам.

Суттєве падіння у нас відбулося по машинобудуванню в тій ситуації, яка відбувалась на сході. Хочу сказати, що перемир’я, яке було укладено, незважаючи на його крихкість та те, що військові дії продовжуються, але це обмежило коло і поставило певні рамки, щоб ті військові дії і та нестабільність далі просувалися не змогли. Тобто чітко були визначенні параметри, в яких межах у нас є нестабільність, слабка контрольованість ситуації в цьому регіоні. І це призвело до того, що відбулася певна стабілізація. Я хочу сказати, що це примирення для економіки дуже позитивне: ми чітко визначили межі, де у нас повна нестабільність, а де є ця стабільність.

По імпорту. По імпорту у нас падіння складає 22%. Тут звичайно відіграв свою роль той курс, який зріс і призвів до вирівняння загальноекономічної ситуації в Україні. У нас зменшився імпорт мінеральних речовин (газ, нафта), що зменшило тиск на цей курс. У нас відповідно зменшились такі показники як імпорт продуктів рослинного погодженні. Ще хочу сказати, що у нас зменшилось виробництво добрив. Але чи була ця галузь ринкова на сьогоднішній день? Тому що купуючи газ по неринковим цінам, вони і були конкурентоспроможні. Коли вони зараз почали купувати по ринковим цінам з певними обмеженнями, це вплинуло на те, що падіння в галузі є суттєвим.

Хочу підвести підсумок. Якщо ми беремо чисто економічні показники формування курсу, можна сказати, що на сьогоднішній день вони в цілому є вирівняними. Звичайно ще нема показників за вересень, але це є певна стабільність, яка сформувалась на сьогоднішній день. Але як правильно було зазначено: ті панічні настрої, які у нас панують в суспільстві і в бізнесі, тому що очкуючи підвищення курсів не тільки населення йде і купує долари, а також і бізнес, який має можливість затримати отримання експортної виручки, він її фактично затримує і таким чином відкладає пропозицію, яка могла бути. Звичайно, я думаю, що найближчі 3 місяці, підтримуючи адміністративні заходи, які були зроблені, ситуація на ринку буде вирівнюватися і ми прийдемо до показників, які озвучені в НБУ.

Валерия Гонтарева: К сожалению, у нас сейчас не будет такого хорошего баланса, о котором вы говорите, потому что сельхозпродукция выросла в объемах, но цена на мировом рынке упали. И то, что я вам сказала, все-таки 15% нашего промышленного производства еще не заработало. И то, что мы не покупаем у России газ, а покупаем по небольшим возможностям реверса, то сейчас идет разговор, чтобы купить у России одним траншем большую часть газа, которую надо закачать.

Я хочу, чтобы все четко понимали, что мы это все видим и умеем считать. Для этого мы находимся под программой stand-by, которая однозначно поможет нам перекрыть наши дисбалансы не на всю нашу жизнь – на короткое время. И за это короткое время нам надо начать продвигаться вперед, перейти к фазе роста экономики, к восстановлению Донбасса, потом к росту экономики. Пока у нас будут эти дисбалансы, мы под программой и нам это поможет.

Более того, согласно программе, пересмотр которой мы сейчас как раз будем обсуждать, мы смогли из наших валютных резервов забрать с рынка НАК «Нафтогаз» и пр

Loading...
Loading...
Сейчас
Прямая трансляция телеканала 112 Украина
Скоро
16 ноября 14:40
https://youtu.be/PJZTfwiPngg

Блоги

267-ий День народження Пересадівки
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КОММУНАЛЬНЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ ГОРОДА - ТАЙНА ЗА СЕМЬЮ ПЕЧАТЯМИ
Увольнение Сенкевича - уже свершившийся факт

Наши партнеры

Обзор мировых и украинских новостей на www.ukr.net.

Фильмы в кинотеатрах на KINOafisha.ua.

Ищите тут свежие и актуальные объявления о продаже авто.

ТVgid.ua- телепрограмма, программа передач на сегодня и на неделю.